ВНП и трансфертное ценообразование: совместимость

Как ВНП и контроль трансфертного ценообразования разграничены по закону?

Раздел V.1 НК РФ устанавливает специальный режим контроля цен в сделках между взаимозависимыми лицами. Этот контроль проводит исключительно ФНС России — центральный аппарат, не территориальная инспекция. Предмет проверки — соответствие цен рыночному уровню. Результат нарушения — симметричные корректировки налоговой базы по налогу на прибыль и НДФЛ. Территориальная ИФНС в рамках ВНП этим контролем не занимается.

Однако статья 89 НК РФ, регулирующая ВНП, не ограничивает инспекцию в анализе сделок с взаимозависимыми лицами. Разница принципиальная: ИФНС при ВНП не сравнивает цену с рыночной по методам раздела V.1, а ищет признаки необоснованной налоговой выгоды по статье 54.1 НК РФ. Одна и та же сделка между аффилированными компаниями — объект двух разных проверочных механизмов с разными правовыми последствиями.

Конституционный суд и Верховный суд РФ неоднократно подтверждали: запрет на ценовой контроль вне рамок раздела V.1 не означает запрет на проверку реальности операций и деловой цели сделок. Это разграничение — ключевой процессуальный аргумент как для защиты, так и для нападения налогового органа.

Что именно ИФНС проверяет при ВНП в сделках с взаимозависимыми лицами?

При выездной проверке инспектора интересуют три вопроса по внутригрупповым сделкам. Первый — реальность операции: была ли услуга фактически оказана, товар поставлен, работа выполнена. Второй — деловая цель: есть ли у сделки экономический смысл помимо налоговой экономии. Третий — надлежащий исполнитель: исполнила ли обязательство именно та сторона, которая указана в договоре.

Все три вопроса прямо вытекают из статьи 54.1 НК РФ и письма ФНС от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@. Ценовой вопрос — сколько стоит услуга относительно рынка — ИФНС при ВНП затрагивает только косвенно: как один из признаков отсутствия деловой цели или нереальности операции. Прямая корректировка цены в порядке раздела V.1 НК РФ — вне компетенции территориальной инспекции.

На практике это означает следующее. Если генеральный директор заключил договор управленческих услуг с аффилированной компанией на 50 млн рублей в год — ИФНС при ВНП не будет формально сравнивать эту сумму с рыночными аналогами по методу сопоставимых рыночных цен. Вместо этого инспектора запросят доказательства того, что услуги реально оказывались: отчёты, переписку, результаты, штатное расписание исполнителя. Отсутствие таких доказательств — основание для отказа в расходах и вычетах по статье 54.1, а не по разделу V.1.

Когда ВНП фактически становится инструментом ценового контроля?

Формальное разграничение работает не всегда. На практике ИФНС в рамках ВНП нередко использует аргумент нерыночной цены как доказательство отсутствия деловой цели сделки. Логика такова: если компания A купила у аффилированной компании B услугу по цене, в три раза превышающей рыночную, — это признак того, что целью сделки была налоговая экономия, а не получение услуги. Такой подход применяется не через механизм корректировки раздела V.1, а через переквалификацию сделки как формальной.

Верховный суд в Обзоре практики от 13.12.2023 обозначил пределы этого подхода. Само по себе отклонение цены от рыночной не является достаточным основанием для признания сделки фиктивной. Необходимо доказать нереальность операции или умысел на уклонение. Это разграничение — центральный аргумент защиты при ВНП по внутригрупповым сделкам.

Штраф по статье 122 НК РФ за умышленную неуплату составляет 40% от суммы доначисленного налога. Если ИФНС квалифицирует внутригрупповые сделки как умышленную схему — это 40%, не 20%. Для сделки с доначислением 60 млн рублей разница между умыслом и его отсутствием — 12 млн рублей штрафа дополнительно. Этот штраф не снижается через смягчающие обстоятельства.

Что подготовить для защиты внутригрупповых сделок при ВНП:

• Договоры с взаимозависимыми лицами с подробным описанием предмета и результата обязательства
• Первичные документы, подтверждающие фактическое исполнение: акты, отчёты, переписка, результаты работ
• Экономическое обоснование цены сделки — хотя бы в виде внутреннего меморандума или расчёта
• Доказательства наличия деловой цели: протоколы советов директоров, бизнес-планы, стратегические документы
• Сведения о штатном составе и ресурсах исполнителя, подтверждающие возможность исполнения обязательства

Три ситуации, с которыми сталкивается генеральный директор при ВНП по внутригрупповым сделкам

Ситуация 1. ГД-исполнитель: подписывал договоры по структуре холдинга

Генеральный директор операционной компании подписывал договоры управленческих услуг с головной структурой холдинга. Реальность услуг не документировалась — «все и так понимали, что за что». При ВНП ИФНС запросила доказательства исполнения по каждому периоду. Ключевое доказательство налогового органа — отсутствие у исполнителя сотрудников с нужной квалификацией. Инспекция переквалифицировала платежи в дивиденды, доначислила налог на прибыль и НДС. Срок давности по статье 113 НК РФ — три года, поэтому под удар попали три налоговых периода. Стратегия защиты: представить доказательства реального содержания услуг по каждому периоду; оспорить квалификацию платежей как дивидендов через анализ хозяйственной логики структуры.

Ситуация 2. ГД-совладелец: внутрихолдинговые займы под нулевую ставку

Генеральный директор и единственный участник ООО предоставлял беспроцентные займы дочерней компании. Сделка не попала в реестр контролируемых — объём не достигал порога в 1 млрд рублей. При ВНП инспекция применила статью 54.1 и аргумент об отсутствии деловой цели: займы систематически пролонгировались без возврата, фактически финансируя убыточную «дочку». ИФНС доначислила проценты в состав внереализационных доходов расчётным методом. Доначисление по налогу на прибыль — около 18 млн рублей. Стратегия защиты: доказать экономическую логику беспроцентного финансирования внутри группы; сослаться на позицию ВС РФ о том, что само по себе отклонение от рыночной ставки не является основанием для переквалификации.

Ситуация 3. Номинальный ГД: реальный контроль у бенефициара

Генеральный директор формально руководил компанией, фактически исполняя указания собственника. Все внутригрупповые договоры — подписаны директором. При ВНП и последующем уголовном следствии по статье 199 УК РФ именно директор оказался первым фигурантом, поскольку подписывал декларации и первичные документы. Бенефициар к уголовной ответственности привлечён позже, через статью о пособничестве. Стратегия защиты: разграничить фактические полномочия директора и бенефициара; зафиксировать, кто принимал решения о заключении сделок; на допросах — строго в рамках согласованной с юристами позиции.

Практика: как снимают доначисления по внутригрупповым сделкам

Возражение «наш бухгалтер сам общается с ФНС»

Это распространённая позиция генеральных директоров при получении уведомления о ВНП. Она работает при камеральных проверках по стандартным декларациям. При ВНП по внутригрупповым сделкам — нет.

Проблема первая: предмет проверки шире бухгалтерии. ИФНС запрашивает деловую переписку, протоколы совещаний, переговорные документы, должностные инструкции. Бухгалтер не участвовал в принятии решений о структуре группы — у него нет ответов на эти вопросы.

Проблема вторая: допросы. Главного бухгалтера вызывают как свидетеля по статье 90 НК РФ. Вопросы на допросе касаются полномочий директора, механизма принятия решений о сделках, фактических исполнителей. Непоследовательные показания бухгалтера — доказательство против директора в возможном уголовном деле.

Проблема третья: обеспечительные меры. Если ИФНС выносит решение о доначислении и одновременно принимает решение о блокировке счетов по статье 76 НК РФ — у компании есть десять дней на обжалование обеспечительных мер. Бухгалтер этой процедурой не управляет.